Вениамин Арнольдович Хаэт (25 мая 1896 - 5 февраля 1975), член Союза композиторов СССР, родился в Вильнюсе. Когда Вене было пять лет, его семья переехала в Одессу. В детстве Веня занимается живописью и музыкой. Mузыка становится его эстетическим идеалом и он посвящает ей свою жизнь. С 1913 по 1918 Вениамин учится в Одесской консерватории по классу дирижёра и фортепьяно. После революции Вениамин попадает в плен к батьке Махно, но его чудом спасают просьбы о помиловании со стороны музыкантов и актёров. В 20-е годы НЭПа Вениамин Арнольдович организует различные джаз банды, которые играют вместе c ним его музыку и гастролируют с ней почти по всей западной России. В то время он знакомится с молодыми Утёсовым и Катаевым.
Тогда специально для Казанского театра оперетты он пишет первое своё большое произведение «Любовь и доллары», не сохранившееся, к сожалению. После его приглашают в Москву. Но он, понимая, что такое сталинский социализм, через два года поспешно уезжает из столицы и со своей женой Галиной Еремеевной Хаэт-Цветковой более полутора - двух лет ни в одном городе не задерживается http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/cBoj.mp3 . Но почти везде, куда он не приезжал бы, на сценах театров тех городов ставятся произведения с его музыкальными репертуарами такими, как: «Неизбежность» (посвященная «Американской трагедии» Теодора Драйзера), «Пётр Первый» , «Василиса прекрасная», «Кошкин дом», «Филёр», «Дама-невидимка» и прочими. Тогда его племянник Рудольф Осипович Хает, будущий ведущий флейтист Московского Ансамбля Осипова, становится приёмным сыном. В 1937 году в Перми рождается его родная дочь Нина Вениаминовна Хаэт, чьей памяти посвящен сайт http://www.khaetnina.pochta.ru.
Из-за невозможности путешествовать по стране вместе c маленьким ребёнком, за несколько месяцев до войны, семья Вениамина Арнольдовича Хаэта выбирает самый спокойный, по тогдашним меркам, и отдалённый от столицы, но в то же время большой, город - Ташкент, где она останавливается навсегда с надеждой, что арест, как «врага нарoда» её минует http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/cTeni.mp3 . На сцене Русского, тогда ещё Музыкального, Театра Драмы имени Горького в Ташкенте звучит его музыка к произведениям: Довженко «Жизнь в цвету» - ( звукозаписи ), «Домби и сын» Диккенса, «Укрощение строптивой» Шекспира и «Любовь яровая» (звукозаписи - http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/dLJ.mp3 ).
Но осенью 1950 года его всё же отправляют в ГУЛАГ на 25 лет строго режима с конфискацией всего имущества, но в 1954 годy реабилитируют.
С 1957 по 1997 год в Ташкентском Академическом Театре оперы и балета имени Алишера Навои ставится его опера «Кот в сапогах» по либретто Дилина и Макарьева (переводчиков Шарля Перо), но хотя существует и либретто этой оперы, написанное самим композитором в 1959 годy, которое используется при постановки этой оперы в Вильнюсе посмертно, на родине автора. Эта опера так же шла в Новосибирске, Душанбе и Фрунзе (Бишкеке http://photos.privet.ru/user/veniaminkhaet/photo/210981824 ). В конце 50 х эту её слушает знаменитая певицa Мексики Има Сумак и знакомится с Вениамином Арнольдовичем.
В 1962 году им была написана опера «Забавный случай» c либретто так же самого композитора по мoтивaм переводa Мильмана Карло Гольдони. Эту оперу уже вставили в план 1975 года, но из-за преждевременной смерти Вениамина Арнольдовича Хаэта она так и не пошла на сцене ташкентского театра Навои.
Подробная биография композитора Хаэта в "Автобиографии" его дочери - Нины Вениаминовны Хаэт.
Ташкентский композитор Вениамин Арнольдович Хаэт в "Яндексе" (номер 84) не осознавал до конца ещё, что он похоронил свою жену младше себя на 8 лет. С ней вместе он шёл по жизни 51 год. Без близости Галины Еремеевны оставалось ему жить не более одного года и одного дня. Он умрёт от инфаркта на следующий день после годовщины её смерти. Тогда в конце зимы 1974 Ташкентский Академический оперный театр имени Алишера Навои готовится к премьере оперы «Забавный случай» с музыкой Вениамина Арнольдовича на его собственное поэтическое либретто. Почти десять лет шли во всю репетиции. Такие знаменитости, как ныне Александрова, певцы и они же прекрасные актёры давно выучили партии и ждали костюмы с декорациями для обязательной премьеры «Забавного случая». Смерть жены композитора перекрыла ему доступ к духу любви, откуда Вениамин Арнольдович ещё в 78 черпал физические и духовные силы. Он говорил дочери, моей маме: «Нина, я потерял человека, с которым прошла вся моя жизнь. Я остался на свете один.» 13 марта, через месяц с лишним после кончины Галины Еремеевны в лучшем зале Ташкента под названием «Бахор» шёл концерт, где исполнялось произведение композитора Вениамина Хаэта для фортепьяно с оркестром в трёх частях. Многие музыкальные критики говорили композитору, что это - одно из лучших его последних сочинений. Он присутствовал на концерте, но его душа витала уже не здесь. Что ему почести и поздравления. Теперь он одинок и все радости жизни, как бы вне его внутреннего состояния. Ночами он почти не спал и писал музыку. Как только он ложился в кровать, в сердце накапливалась боль и тоска по супруге. Ему казалось, что она спускалась на Землю, к нему. А жизнь по прежнему заставляла композитора ходить каждый день в театр, чтоб не прервать постановку, следить за репетициями филармонии, играющей его оды с симфониями, а также, как и все предыдущие годы, участвовать в заседаниях Союза Композиторов Узбекистана. Пролетели месяцы, и Вениамин Арнольдович сразу внешне состарился. Его друг, настройщик пианино, Георгий Индентор летом записал на свой специальный стерео магнитофон его «Симфониетту для струнного оркестра» из четырех частей. Её Вениамин Арнольдович сочинил в далёкой молодости и несколько изменил в 1969 году. В первой части скрипки захватывают душу. Не повторяя не один предыдущий такт, как повествование на языке симфонической музыки, они рассказывают о весёлом НЭПовском творчестве Вениамина Хаэта. Специально, как бы издалека, из ниоткуда, в самом начале начинает имитироваться какой-то потусторонний фон в стиле авангардизма двадцатых в неразрывном сочетании с настроением и тут же исчезает перевоплощаясь в традиционную гармонию быстрого жизненного ритма композитора. Вот, как будто закончилась эта часть. Но нет, она снова вспыхивает с неожиданной силой духа Хаэта. Опять, иначе клавишный инструмент снова, как в начале номера, на пол минуты он уводит слушателей в миры авангарда. Эта часть, как ничто иное, взятое из его ранних произведений, отражает судьбу Вениамина, как предзнаменование того, когда он снова вернётся к театральной жизни после сталинских репрессий. И точно так же сама его жизнь внезапно умолкнет, как этот номер. Кончалась осень. Брат подруги его дочери Нины Хаэт, моей мамы, Павел Пeлютик попал в автокатастрофу. Ему раздробило кость ноги. Врачи настаивали на ампутации. У друга Вениамина Арнольдовича, его ровесника Александра Борисовича Явналя, за несколько сотен километров от Ташкента, в горах, жил знакомый не признанный врачами костоправ. Он спасал в таких ситуациях, и обречённые на вечную инвалидность делались здоровыми людьми. Александр Борисович, доживший в дальнейшем до ста с лишним лет, рискнул в сырую и дождливую погоду ехать с Хаэтом в горы уже покрытые снегом. Если они не поедут, Павлик останется калекой http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/bPI12.mp3 . А ведь Вениамину Арнольдовичу тогда уже перевалило за 78 с половиной лет. По дороге машина буксовала. Пока на колёса одели цепи и добрались до горного посёлка с искалеченным Павликом, у всех силы иссякли. По возвращению домой здоровье Вениамина Арнольдовича пошатнулось. В декабре 1974 года тоска по потерянной жене после тяжелейшей поездки в горы спровоцировала микро-инфаркт. Если в девяностые годы врачи признали, что после него, для выживания больной обязан лежать влёжку полгода, то в разгар застойного времени советским врачам давался негласный указ свыше избавляться от лишних, и тем более, стариков. Тогда появилась теория о «необходимости» поднимать инфарктников на десятый день и заставлять ходить. Композитора Хаэта «ставили на-ноги», и как ни странно, бывший «враг народа» и узник ГУЛАГА не умер http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/Amtr05.mp3 . Вениамин Арнольдович знал, что если он вдруг умрёт, его оперу исключат из театрального плана раз и навсегда. То же опасение давило на Вениамина Арнольдовича в 1957 году перед премьерой его оперы «Кот в сапогах». Именно после этого ультиматума в 1957 году Хаэта сразил первый инфаркт. Тогда, в 61 год Хаэт сумел перенести на ногах сердечную травму http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/cQuartet.mp3 . Эта опера ставилась даже после смерти композитора до середины девяностых годов. Так изнемождённый композитор отпраздновал Новый год. Январь прошёл довольно спокойно. Я запомнил на всю жизнь, как мама его ругала из-за того, что он не бережёт здоровье, когда дедушка однажды забрал меня днём из детского сада, и мы поехали с ним зимой в оперный театр, на репетицию. Я помню это послеобеденное время, как он вдруг неожиданно пришёл за мной в сад. Я не любил садик, и моей радости не было границ. Мне представлялась маршрутка, на которой мы добрались от Чиланзара до центра города, волшебной. В моей памяти запечатлелся навсегда пустой тёмный зал с освещённой сценой и сказочными, как мне казалось, декорациями. В другой вечер без разрешения мамы Нины мы пошли на праздничную ёлку во Дворце Водного спорта в тогдашнем парке Кирова, где теперь ташкентская мэрия. Я очень хорошо помню раздевалку, где мы с дедушкой сняли и оставили пальто, зал наверху и огромный бассейн с зелёной водой. В 7 лет я пришёл туда во второй раз: учиться плаванью в группе здоровья, мне мерещилось, что это - тот же дворец и совершенно другой одновременно. Всего два с половиной года спустя, я решил, что он уменьшился в два раза. Сейчас я понимаю, что я, просто, вырос. В 7 лет я всё время пытался отыскать те места, где в январе 1975 года мы сидели с дедушкой наверху, как зрители. Детям пловцы дарили балет на воде. Я помню, как первый раз в своей жизни, я увидел деда мороза со снегурочкой, плывущими на разноцветной лодке. Как самые прекрасные воспоминания той самой зимы в памяти навечно застыли кадры нашего прихода в сказочный, волшебный Дворец Водного Спорта Митрофаного. В этот же вечер Вениамин Арнольдович купил мне огромную машину. Я её раскурочил на следующий день. Когда, почти ночью мы вернулись домой, мама, точно так же, как я упрекал маму из-за того, что она изнуряла себя работой после своего обширного инфаркта в конце девяностых, она говорила: «Папа, зачем ты так поступаешь и балуешь Сашку?» А дедушка ей ответил: «Ниночка, сколько мне ещё осталось его баловать?» На самом деле не больше месяца http://www.musicofcolor.com/VeniaminKhaet/lC06.mp3 . Четвёртого февраля на годовщину смерти Галины Еремеевны в доме у нас собралось много народу. Это наверно ужесточило внутреннее одиночество композитора. Весь следующий день мама посвятила уборке и стирке и она совсем не ожидала папиной смерти. Как не странно, я помню тот последний дедушкин вечер. В большой комнате нашей квартиры под выключателем стояло мягкое кресло, оббитое красным материалом с чёрными полосочками из стороны в сторону. Дедушка сидел на нём, смеялся и шутил с кем-то из соседей-друзей. Он тогда дружил с одним поэтом, Владиславом Зверевым. Он жил в соседнем подъезде. Вениамин Арнольдович писал на его стихи музыку. Может быть с ним он общался в ту последнюю ночь, а может, с писателем Львом Беловым. Тогда меня уложили спать в среднюю, мамину спальню. Дедушка проводил бессонные ночи в будущей моей маленькой комнате на той самой кровати, на которой я спал, вплоть, до нашего отъезда в Израиль. Мама пошла в ванную купаться. Именно в тот момент Вениамин Арнольдович закричал от боли в сердце, как только лёг в постель. Случился последний инфаркт. А композитор Хаэт ещё надеялся выжить. Нина быстро выскочила из душевой и, в мороз мокрой побежала за своей подругой Сусаной, тогдашним врачом из реанимационной кардиологии. Когда через несколько минут они подошли к кровати Вениамина Арнольдовича, у него уже страшно упало давление. Дедушка успел только шёпотом сказать: «Сусаночка...», и сразу потерял сознание. В пол одиннадцатого ночи 5 февраля 1975 года его сердце остановилось. Искусственное дыхание не помогло. Жизнь сожгла неутомимого композитора Вениамина Хаэта, но так и никогда не позволила ему хотя бы на миг почувствовать себя старым.
Внук композитора Александр Кирияцкий, докторант по философии Университета Марка Блока в Страсбурге http://www.clubochek.ru/users.php?us=monde
Источник: http://www.khaetvenia.pochta.ru/VENBIOGR1.htm